Почему власти ужесточают правила для трудовых мигрантов, несмотря на дефицит кадров

Российские власти вводят новые ограничения, повышают госпошлины и разворачивают цифровой контроль мигрантов — изменения должны сократить долгосрочное присутствие приезжих, но усугубляют дефицит рабочей силы и риски нарушений прав.

Несмотря на острый дефицит рабочей силы, государство последовательно ужесточает миграционные правила, ограничивает сроки пребывания и расширяет контроль за иностранными работниками. Зачем вводятся новые нормы и к чему это может привести?

Трудовые мигранты

В конце июля были приняты очередные поправки, которые вводят новые требования к иностранцам: они должны обеспечивать свои семьи на уровне не ниже прожиточного минимума с учётом регионального коэффициента (в Москве это примерно 22 112 рублей на взрослого и 19 677 рублей на ребёнка), а также платить авансовые платежи по НДФЛ. Многие нормы начнут действовать с 1 января 2027 года, но уже летом значительно выросли госпошлины: получение гражданства — до 50 000 рублей, вид на жительство — до 30 000, разрешение на временное проживание и привлечение иностранного сотрудника — до 15 000 рублей.

За последние годы законодательные инициативы в миграционной сфере множатся: власти ссылались на угрозы безопасности и приняли десятки законов, направленных на ужесточение контроля и ограничение притока людей.

По оценке официальных структур, за год число иностранцев в стране сократилось примерно на 700 тысяч — с 6,8 млн до 6,1 млн. На фоне ожидаемого естественного сокращения населения и вывода кадров на фронт и в оборонную промышленность это усиливает кадровый дефицит в ряде отраслей.

В чем суть новой миграционной политики

Новая концепция государственной миграционной политики на 2026–2030 годы смещает приоритеты: если ранее мигрантов рассматривали как источник прироста населения и рабочей силы, то сейчас акцент делается на отборе «соответствующих ценностей» и приоритетном привлечении соотечественников и иностранцев из дружественных стран. Трудовые мигранты планируются как целевой и временный ресурс, по возможности без семей.

  • Срок временного пребывания для граждан стран с безвизовым режимом сокращён со 180 до 90 дней в году.
  • Дети мигрантов, достигшие 18 лет, обязаны либо начать работать, либо покинуть страну.
  • Для приёма детей в школу вводятся экзамены по русскому языку.
  • Сотрудники правоохранительных органов получили расширенные полномочия по вынесению решений о выдворении без судебного решения; в перечень оснований добавлены формулировки вроде «неповиновение правоохранительным органам» и «мелкое хулиганство».

Как мигрантов берут под цифровой контроль

Идеал для властей — мигрант, приехавший временно по приглашению конкретного работодателя, отработавший срок и уехавший. Пока он в стране, за ним должен вестись постоянный контроль — для чего создаются цифровые инструменты.

  • С 2026 года для оформления SIM‑карты иностранцу потребуется предоставить СНИЛС, учётную запись на государственном портале и биометрию; также вводится привязка SIM‑карт к IMEI конкретного устройства.
  • В экспериментальном режиме с сентября 2025‑го в Москве и Московской области некоторых мигрантов обязали устанавливать приложение, передающее геолокацию; при отсутствии данных в течение трёх суток иностранца снимают с миграционного учёта, а для подтверждения наличия телефона нужно сделать селфи.
  • В планах — специальные смартфоны с электронным профилем, позволяющие отслеживать передвижение мигрантов и ограничивать их перемещения между населёнными пунктами.

Собранные данные предполагается агрегировать в единой государственной информационной системе цифрового профиля иностранного гражданина (система официально запущена летом 2026 года). Официально систему представляют как инструмент для оценки миграционной ситуации и повышения эффективности управления.

Независимые эксперты и правозащитники предупреждают, что такое массовое профилирование в условиях ограниченных гарантий прав человека открывает дополнительные возможности для репрессий, эксплуатации и дискриминации, а также уменьшает пространство для защиты прав и протеста.