Российское правительство планирует резко увеличить военные расходы в бюджете‑2026, несмотря на растущий дефицит, который к началу июня достиг примерно 6 триллионов рублей и превысил показатель за весь прошлый год.
Насколько может вырасти финансирование армии
По планам, расходы по статье «национальная оборона», изначально заложенные в размере около 12,9 трлн рублей, могут увеличиться до почти 18 трлн рублей — это около 41% от всех запланированных расходов федерального бюджета (около 44 трлн рублей). Если учесть также статью «национальная безопасность» с бюджетами МВД, Росгвардии, Следственного комитета и спецслужб, общие траты на силовой блок могут приблизиться к 21,8 трлн рублей и составить почти половину бюджета.
Откуда предложено взять дополнительные средства
Для покрытия расходов сверх первоначального плана обсуждается секвестр гражданских статей бюджета и использование накопленных резервов. Около половины дополнительной суммы — примерно 2–3 трлн рублей — планируется привлечь за счёт дополнительного госдолга через размещение облигаций.
Роль Центробанка и бюджетные механизмы
Недавно принятый закон даёт правительству возможность превышать установленные лимиты расходов и госдолга без формального изменения бюджета. При этом центробанк фактически участвует в сглаживании бюджетной нехватки: через операции repo банки покупают государственные облигации, используют их как залог для получения кредитов ЦБ и затем снова покупают ОФЗ. В результате значительная часть госдолга остаётся на балансе регулятора; объём таких операций достигал нескольких триллионов рублей.
Динамика расходов на войну
По итогам первого квартала федеральные расходы на войну составили около 5,908 трлн рублей. По сравнению с тем же периодом прошлого года затраты на армию и производство вооружений выросли на 29,9%; относительно января‑марта 2024 года — на 68,7%; по сравнению с первым кварталом 2022 года — в 4,6 раза. Впервые доля военных расходов в структуре расходов бюджета приблизилась к 46%, а доля таких выплат в доходах казны достигла порядка 65%.
Такая переориентация бюджетных приоритетов вызывает вопросы о долгосрочной устойчивости публичных финансов и о возможных последствиях для гражданских программ и социальной сферы.
